Возникновение институтов Далай- и Панчен-ламы

В китайской “Белоснежной книжке” утверждается: “В 1653 и 1713 гг. цинские цари дарили знатные титулы Пятому Далай-ламе и Пятому Панчен-ламе. С этого вре­мени и учреждены титулы Далай-ламы и Банчен-эрдени и их политический и религиозный статусы: Далай-лама уп­равляет большей территорией из Лхасы, а Банчен-эрдени — остальной территорией Тибета Возникновение институтов Далай- и Панчен-ламы из Шигацзе”. Такое утвер­ждение полностью не обусловлено.

Тибетский святой и мыслитель Цонкапа (1357—1419) основал школу Гелуг тибетского буддизма. Она стала чет­вертой основной школой тибетского буддизма, кроме Ньингма, Сакья и Кагью. Панчен Гедундруп был ближай­шим учеником Цонкапы.

Сонам Гьяцо, 3-ий перерожденец Панчена Гедундрупа, был приглашен Возникновение институтов Далай- и Панчен-ламы к татарскому двору Алтан-ханом, который первым и присвоил ему титул “Талай (Далай)-лама”. Этот титул соответственно был перенесен и на 2-ух его предшественников, что сделало Сонама Гьяцо Третьим Далай-ламой. Так началась линия преемственности Далай-лам. Потому утверждение китайской пропаганды о том, что титул “Далай-лама” был учрежден Возникновение институтов Далай- и Панчен-ламы веком позднее мань­чжурским царем, является ложью.

Дела, установленные меж Третьим Далай-ла­мой и Алтан-ханом, были духовными, но они получили политический резонанс спустя два столетия, в 1642 году, когда татарский хан Гушри посодействовал Пятому Далай-ламе (Нгавангу Лобсангу Гьяцо—1617—1682 гг.) стать высшим политическим и духовным фаворитом Тибета. В свою Возникновение институтов Далай- и Панчен-ламы очередь, 5-ый Далай-лама присвоил титул “ЧойкьиГьялпо” (“Дхарма раджа”) собственному татарскому патрону. С сих пор следующие Далай-ламы управляли Тибетом как независящие главы страны. Как лицезреем, политический статус Далай-ламы не был учрежден маньчжурским импе­ратором цинской династии, как утверждается в китайской “Белоснежной книжке”. Далай-лама при помощи Возникновение институтов Далай- и Панчен-ламы собственного монгольско­го покровителя обрел свое положение за два года до того, как появилась сама династия Цин. В 1447 году Панчен Гедундруп, узнаваемый как 1-ый Далай-лама, основал монастырь Ташилунпо. Последую­щим настоятелям этого монастыря благодаря их большой учености был присвоен титул “Панчен”. 5-ый Далай-лама передал во владение этот Возникновение институтов Далай- и Панчен-ламы монастырь и другое имущество собственному учителю, Панчену Лобсангу Чойкьи Гьялцену (1570—1662). После чего Панчен-ламы избирались на ос­нове признания перерождения, и каждый следующий Панчен-лама сохранял за собой монастырь и имущество. Схожим же образом дело обстояло и с другими наибо­лее необходимыми перерожденцами — с Сакьей, Пхагпой, Дакьябом Лоден Шерабом и др., которым Возникновение институтов Далай- и Панчен-ламы тибетское правитель­ство также передало земли. Но это не имело полностью никакого политического значения. Панчен-ламы и другие высшие ламы обладали только религиозным авторитетом и никогда не делали функций политических намест­ников, что пробует обосновать китайская пропаганда. В реальности политическая власть в Шигацзе и Ташилунпо осуществлялась районными Возникновение институтов Далай- и Панчен-ламы администратора­ми, назначенными Лхасой.

Таким макаром, маньчжурский правитель не сыграл никакой роли в учреждении религиозного и политическо­го институтов Далай- и Панчен-ламы.

После вторжения в Тибет китайское коммунистическое правительство всегда старалось использовать не так давно почившего Панчен-ламу, чтоб узаконить свое присутствие в стране. Много раз Пекин Возникновение институтов Далай- и Панчен-ламы предписывал ему участво­вать в политике, понуждая к доносам и занятию места Да­лай-ламы. Но он отторгал все это, за что на пару лет был посажен в кутузку и подвергался нехорошему воззванию.

В собственной “Белоснежной книжке” китайское правительство, как это ранее делали правительства гоминьдана, заявляет, что оно сыграло Возникновение институтов Далай- и Панчен-ламы решающую роль, при помощи собственного пос­ланника У Чжо-сина, в выборе и признании Четырнадца­того Далай-ламы. Утверждается последующее: “...обычной факт, что признание Четырнадцатого Далай-ламы требо­вало одобрения [китайского] государственного правительст­ва, есть достаточное подтверждение того, что Тибет не был независящим в тот период (1911—1949 гг.)”.

В реальности же. Далай-лама Возникновение институтов Далай- и Панчен-ламы был избран в со­ответствии с старыми религиозными верованиями и тра­дициями тибетцев, и никакого одобрения китайского пра­вительства не надо было, его и не находили. Практически, это проидошло в 1939 году, еще до того, как У Чжо-син прибыл в Лхасу, когда регент Радинг объявил имя Возникновение институтов Далай- и Панчен-ламы нынешнего Далай-ламы в Государственной ассамблее Тибета, которая единодушно утвердила этот выбор. 22 февраля 1940 года, когда проводилась церемония возведения на трон, У Чжо-син, как и посланники Бутана, Сиккима, Heпала и Английской Индии, не имел никакого особенного поло­жения. Английский представитель, сэр Б. Гоулд, разъяснял, что китайская версия событий—это Возникновение институтов Далай- и Панчен-ламы фальсификация, ко­торая была подготовлена и всераспространена до описываемого действия. Фиктивный отчет У Чжо-сина, который бе­рется за базу Китаем, указывает то, к чему стремился Китай, но не то, что вышло по сути. Китайская пропаганда также употребляет фотографию в “Чайниз ньюс рипорт”, на которой сняты Далай-лама и Возникновение институтов Далай- и Панчен-ламы У Чжо-син и под­пись к которой показывает, что она изготовлена во время возве­дения на трон. Но, согласно Нгабо Нгавангу Жигме, заме­стителю председателя Неизменного комитета Всекитайско­го собрания народных представителей, это фото было сде­лано спустя некоторое количество дней после церемонии, когда У по­лучил личную аудиенцию Возникновение институтов Далай- и Панчен-ламы у Далай-ламы. “Утверждение У Чжо-сина о том, что он председательствовал на церемо­нии возведения на трон, основанное на этой фото, есть возмутительное искажение исторических фактов”,—заявил Нгабо в “Тибет дейли” 31 августа 1989 года.

Ранешняя история

Согласно тибетским анналам, 1-ый правитель Тибета пра­вил уже в 127 году до н. э., но Возникновение институтов Далай- и Панчен-ламы исключительно в седьмом веке нашей эпохи Тибет сформировался как единое и сильное государ­ство, которое возглавил правитель Сонгцен Гампо. С его прав­ления начался период завоеваний, который продолжался три века. Повелители Непала и цари Китая предлагали сво­их дочерей в супруги тибетским царям. Свадьба на непаль­ских и китайских принцессах Возникновение институтов Далай- и Панчен-ламы имела огромное значение, по­скольку супруги царей интенсивно содействовали распростра­нению буддизма в Тибете. Китайская пропаганда все вре­мя показывает на политическое значение свадьбы Сонгцена Гампо на китайской принцессе Вэн Чэн, сознательно не упоминая других жен царя, в особенности непальскую прин­цессу, чье воздействие было, пожалуй, огромным Возникновение институтов Далай- и Панчен-ламы, чем ее китай­ской напарницы.

Тибетский правитель Трисонг Децен (годы царствова­ния: 755—797) расширил границы Тибета за счет завое­ванных им китайских территорий. В 763 году была захва­чена китайская столица Чанъань (современный Сиань), и Китай обязан был платить каждогодную дань. В 783 году был подписан контракт, определивший границы меж Ти­бетом и Возникновение институтов Далай- и Панчен-ламы Китаем. Свидетельством этих побед является надпись на колонне, стоящей у основания дворца Потала в Лхасе.

Мирный контракт, подписанный Тибетом и Китаем в 821 году,— очень принципиальный документ для осознания нрава отношений меж 2-мя величавыми державами Азии. Он был выбит на 3-х каменных колоннах на тибетском и ки­тайском Возникновение институтов Далай- и Панчен-ламы языках. Одна колонна была поставлена на горе Гунгу, чтоб поделить местности 2-ух государств, 2-ая— в Лхасе, где находится и на данный момент, а 3-я — в столице Ки­тая, в Чанъане. Куски этих надписей, приведенные в китайской “Белоснежной книжке”, неточны и вырваны из контек­ста с целью сделать воспоминание того, что данный мирный Возникновение институтов Далай- и Панчен-ламы контракт был собственного рода союзным контрактом. Это далековато от правды, что ясно из последующего куска контракта:

“Тибет и Китай будут придерживаться тех границ, в каких они сейчас размещаются. Все, что к востоку, есть страна Величавого Китая, а все, что к западу, есть, безуслов­но, страна Величавого Тибета. С Возникновение институтов Далай- и Панчен-ламы этого момента ни одна сторона не должна ни вести войны, ни захватывать местности”. И обижает то, как китайцы в “Белоснежной книжке” смогли про­интерпретировать эти действия, настаивая на том, что “ти­бетцы и ханьцы (китайцы) средством династийных бра­ков и договоров сделали крепкий политический альянс, раз­вили тесноватые Возникновение институтов Далай- и Панчен-ламы экономические и культурные связи, заложив крепкий фундамент для окончательного объединения в од­ну цивилизацию”. Практически же тибетские и китайские истори­ческие хроники свидетельствуют о прямо противополож­ном и молвят об этих странах как о самостоятельных и сильных державах.

Посреди девятого века Тибет распался на несколько княжеств. Тибетцы направили свои надежды к Возникновение институтов Далай- и Панчен-ламы Индии и Не­палу, сильное религиозное и культурное воздействие которых импульс для их духовного и умственного развития.


vozmozhnosti-ispolzovaniya-mezhdunarodnih-indeksov-dlya-ocenki-ekologicheskogo-sostoyaniya-krupnih-gorodov-rossii.html
vozmozhnosti-ispolzovaniya-teorii-igr-dlya-prinyatiya-optimalnih-ekonomicheskih-reshenij-v-usloviyah-rinka.html
vozmozhnosti-karernogo-rosta.html